Главная > Блоги > Сами обратились.

Сами обратились.

Часто, когда ко мне обращаются люди за помощью, находящиеся в тяжелом состоянии здоровья, говорят мне «спасибо» в конце нашего общения. На, что я им отвечаю: «Не за что. Сами обратились».
А про себя я думаю, что если бы вы не обратились ко мне, я бы и не знал, что вам нужна моя помощь. Или это я говорю вслух, для уточнения, когда человек не понимает, что я сказал, и переспрашивает меня.
Мне кажется, что люди, которые не поняли, что я сказал, и просят уточнить, у них происходит некий «обвал сознания» - сознание не вмещает столь простую вещь – для того, чтобы помогли, надо попросить о помощи. Именно это я хочу сказать человеку, который ко мне обратился: «Вы все это сделали сами. Вы сами обратились ко мне с определенной, сформулированной потребностью, мыслью». Иногда, последнее возникает в результате нашего общения.
Для этих людей, то, что сделал я – это помощь. Для меня же в этом нет сложности. Просто я сделал то, что в моей компетенции, с небольшими для себя затратами, для каждого конкретно человека, обратившегося ко мне.
Так получилось, что каждый конкретный человек, обратился ко мне и именно с этим. Так получилось, что в данный момент времени я нахожусь там, где нахожусь, и занимаюсь тем, чем занимаюсь.
Ну и люди, которые обратились ко мне, предоставили мне возможность им помочь (я на это надеюсь). Принять участие в их жизни. Доверились мне. И предоставили мне возможность быть нужным и востребованным.
Когда я это пишу, у меня есть некие расхождения.
То, что я написал, можно посмотреть в двух плоскостях. Одна – написана выше. Вторая выглядит следующим образом.
«Спасибо» - это усеченное словосочетание «Спаси Бог». Когда мне говорят «Спасибо», не подразумевая, что это «Спаси Бог», тогда то, что я отвечаю «Не за что. Сами обратились», звучит правильно, как я думаю и хочу, провоцируя людей учиться обращаться и обращаться за помощью. А если мне говорят «Спасибо», подразумевая, что это «Спаси Бог», то есть мне желают спасение Бога, чтобы он меня не оставил. И на это, я людям отвечаю: «Не за что. Сами обратились», звучит это, надо вам сказать, и мягко говоря, нелепо. Я хочу спастись!
Второе расхождение не так нелепо, как первое. И, скорее, это будет звучать, как неточность моей позиции – помощь, помощь другим людям. Когда надо помогать? С какого момента надо помогать? Надо ждать обращения за помощью или предупредить обращение за помощью?
Иду по улице. Проходя мимо подъезда дома, вижу, как мужчина-инвалид с палочкой, пытается поднять ногу на ступеньку крыльца, но из-за ограничений ему это не удается сделать, каждый раз промахиваясь ногой мимо ступеньки. Выглядит это так, он как будто бы заводит мотоцикл, резко надавливая на педаль. Я спрашиваю у мужчины надо ли ему помочь, он отвечает, что не надо, и я прохожу дальше. Что это было? Это мое неправильное видение данной ситуации? Или «штурм» крыльца подъезда это обыденный и повседневный подвиг этого человека? Или он хотел получить помощь от девушки, шедшей позади меня, и на, которую он поглядывал, штурмуя крыльцо подъезда?
В связи с этим, возникают вопросы. Как понять и надо ли понимать – человек просит о помощи или человек использует другого человека, так как сам не хочет что-либо делать или такой вариант быстрее, обратившись к другому? Или, как понять, кому нужна реальная помощь, а кто просто потребитель? И нужно ли это понимать? Эти вопросы возникают потому, что я невечный, я немногоразовый. Мой ресурс ограничен. Я не могу, как робот помогать всем обратившимся. И поэтому я не хочу тратить свое время, силы, эмоции на работу с «пустышками», с потребителями и с теми, кто никогда не выйдет из своего круга. Но я не знаю, кто из них кто.
Стоит ли помогать человеку, если он не просит? Если он не просит, значит, его все устраивает / или в результате своих индивидуально – личностных особенностей, он даже не думает, что есть другие способы реагирования / или в результате своих индивидуально – личностных особенностей, он не может попросить о помощи, видит свою проблему, но не может попросить о помощи другого человека.
И в этом смысле становится еще интереснее и непонятнее. Я, как человек и, своего рода специалист в психологии определенных людей, людей, оказавшихся в определенной ситуации, вижу, что другой человек или человек, обратившийся ко мне, находится в ситуации, в которой, как мне кажется, ему нужна помощь. Должен ли я помогать человеку, если он меня об этом не прости? И я здесь говорю не про крайние ситуации – пожар, наводнение, тонущий человек. Я говорю про ситуации, которые развиваются годами с человеком, либо человек, который развивается годами в определенной ситуации.
Я, как специалисты могу увидеть, предположить, что в результате какой-либо ситуации, человек не так развивается или уже имеет устойчивое поведение, которое «ведет» его в некий тупик. Я, как специалист, могу предположить, куда это может привести, и что будет с человеком в будущем.

Как нестранно, но именно люди, особо нуждающиеся в помощи психолога, как кажется мне, как психологу, чаще всего и обесценивают работу. Например, шизофреногенная мама (нравится мне это сочетание) одной пациентки (то есть у пациентки есть две серьезных заболевания, причем одно можно скомпенсировать с помощью психоанализа, а другое с помощью приема антиретровирусной терапии) при встрече со мной в коридоре моего места работы, в спину «кинула» вопрос: «И за что человеку деньги платят?», но когда я повернулся к ней лицом, стала очень сильно улыбаться, делая хорошее, пристойное, приятное лицо.
Вот, мы видим подобную ситуацию, или какую-то другую. Я оцениваю это как трагедию, даже не человека, а семьи. Но для данного человека, да, даже из примера приведенного выше – это жизнь. Этот человек в ней находится и проживает ее. Для меня это трагедия и драма человека и семьи, а для этого человека – это жизнь.
Что это – нежелание пациента или сопротивление психолога? Нежелание помочь? Или нежелание изменить свою жизнь? И вообще, каково участие, каков процент, какова заинтересованность в работе двух людей – психолога и пациента / клиента?
Ко мне обратилась пациентка. Мы договаривались об очередной встрече, но она пришла спустя 6 месяцев. Она неоднократная нарушительница лечения ВИЧ-инфекции – неправильно принимает препараты АРВТ. Поэтому пришла она в связи с ухудшением состояния здоровья. После проведенных процедур с подключением других специалистов Центра, пациентка сказала мне: «Спасибо». На что я ответил: «Не за что. Сами обратились». Реакция на мой ответ была для меня необычной, она засмеялась.
Это уже взрослая женщина, ей около 40 лет. У неё присутствуют истероидные черты в характере: яркая одежда, обилие яркого макияжа, импульсивность в поведении, смена настроения от смеха до слез. Но и в связи с прогрессированием болезни, с влиянием вируса на нервную систему, индивидуальные особенности человека становятся более выраженными. Собственно, что произошло и у данной пациентки.
Таких пациентов у нас достаточно много, чаще всего, это женщины. Проблема, которая возникает у нас с такой категорией пациентов, но это проблема не является проблемой для них самих – это большая для них таблетка, которую они не могут проглотить. По размеру самая большая таблетка АРВТ, примерно, как витамин «Центрум», «Компливит».
Эти пациенты примерно одинаково описывают свое состояние перед приемом. Сначала появляется тревога и раздражительность, чем ближе ко времени приема, тем ярче. Сам процесс приема сопровождается измельчением таблетки на части или стиранием ее в порошок, чтобы удобнее глотать. Такой некий ритуал уничтожения, действительно «стирание в порошок», неприятного, ненавистного. Но эти препараты нельзя делить на части и делать из них порошок. Надо глотать целиком. Если эти люди глотают целиком таблетку, то это сопровождается тошнотой, рвотой или длительным ощущением, что в области горла таблетка застряла.
В этих случаях, если сам человек не приспособится к приему таблеток, то можно наблюдать конкретный пример того, как человек умирает вследствие своих индивидуальных особенностей. Как помочь в такой ситуации? У кого сопротивление? Сопротивление работе или жизни?
Для меня, как для специалиста видно, что разворачивается трагедия: вследствие, своих индивидуальных особенностей, умирает человек. Это трагедия, к которой он шел всю свою жизнь, так как он оказался в определенной среде с определенным набором индивидуальных особенностей. Индивидуальные особенности, которые оказались благоприятны для выживания, но неблагоприятны для полноценной, в смысле, длительной жизни. Но для этого человека, это не трагедия, а просто большая таблетка, которую он не может проглотить.
В подобной ситуации было бы хорошо, если человек обратился к специалистам: во-первых, для нормализации эмоционального фона, для снятия тревоги, раздражительности и улучшения работы нервной системы с помощью медицинских препаратов необходимо обратиться к неврологу или психотерапевту, во-вторых, с одновременным посещением невролога или психотерапевта необходимо начать длительный курс работы с психологом / психоаналитика для немедикаментозной коррекции поведения, минимизации личностных особенностей, мешающих лечению и жизни.
«Сами обратились», звучит вызывающе, агрессивно, провакативно. Но, все же, сами обратились за помощью. Сами решили, что надо что-то с этим делать. А это уже дорога к исправлению ситуации. И если бы вы сами не обратились за помощью, я бы и не знал, что вам нужна помощь.

Комментарии