Главная > Тексты > Змановская Е.В. Концепция отношений как теоретико-методологическая основа изучения эмоционального выгорания в проф. деятельности

Змановская Е.В. Концепция отношений как теоретико-методологическая основа изучения эмоционального выгорания в проф. деятельности

Сообщение об ошибке

Warning: "continue" targeting switch is equivalent to "break". Did you mean to use "continue 2"? в функции require_once() (строка 341 в файле /var/www/u0981724/data/www/russia.ecpp.org/includes/module.inc).

Публикация: Змановская Е.В., Маргошина И.Ю. Концепция отношений как теоретико-методологическая основа изучения эмоционального выгорания в профессиональной деятельности // Вестн. психотерапии. — 2014. — № 52(57). — С. 7-22.

УДК 314.5 : 159.9.072
Е.В.Змановская, И.Ю. Маргошина

Концепция отношений как теоретико-методологическая
основа изучения эмоционального выгорания в профессиональной деятельности

Всероссийский центр экстренной и радиационной медицины
им. А.М. Никифорова МЧС России;
Санкт-Петербургский государственный институт психологии
и социальной работы.

Понятие профессионального выгорания
В конце 70-х годов прошлого века американский психиатр Герберт Фейденбергер, изучая представителей помогающих профессий, описал картину нарастающего эмоционального истощения, названного им «синдромом профессионального выгорания» (burnout) [16] . За прошедшие 40 лет термин «профессиональное выгорание» получил широкое распространение и, одновременно с этим, самое разнообразное толкование. В современных зарубежных и отечественных публикациях в качестве содержательных аналогов понятия «профессиональное выгорание» используются десятки различных терминов. Наибольшее распространение получили концепты: синдром профессионального выгорания [16, 12], синдром выгорания [3, 15], психическое выгорание [10, 11], синдром эмоционального выгорания [1]. Реже используются термины: хроническая усталость, психическое истощение, деморализация, прогрессивное эмоциональное истощение, эмоциональная отстраненность, истощение энергетических ресурсов вследствие чрезмерных требований, прогрессирующий процесс усталости и опустошенности личностных ресурсов, болезненная и личностно-деструктивная реакция на чрезмерный стресс, негативные изменения в профессиональных установках и поведении, профессиональная дезадаптация, профессионально-личностная деформация [2, 6, 8, 11, 12].
В наиболее общем виде, под профессиональным выгоранием понимают любые негативные изменения в состоянии и личности человека, возникающие под влиянием длительно действующих профессиональных стрессоров [5]. В более узком значении, профессиональное выгорание – это состояние эмоционального истощения, обусловленное влиянием профессиональных стрессоров [1]. Выделяют 3 группы факторов профессионального выгорания [6]: организационные (связанные с управлением и условиями работы); деятельностные (связанные с содержанием и характером деятельности); личностные (связанные с мотивационными и индивидуально-психологическими особенностями специалиста).
Особую важность проблема выгорания приобрела в связи с изучением представителей социономических (помогающих) профессий, в частности психологов и врачей, чья деятельность связана одновременно с несколькими профессиональными стрессорами, в том числе: с интенсивным межличностным взаимодействием и чрезмерной эмоциональной насыщенностью. Медицинская и психологическая деонтология предъявляют высокие требования к эмоционально-коммуникативным способностям специалиста, среди которых: эмпатия, сострадание, понимание и принятие негативных эмоций клиентов и пациентов, эмоциональная устойчивость, умение справляться с собственными сильными эмоциями [7]. Все это требует от специалиста максимальной эмоциональной вовлеченности и повышенного самоконтроля, что повышает риск развития синдрома выгорания.
По данным В.А. Петровского, 80% врачей-психиатров, психотерапевтов, наркологов имеют признаки синдрома выгорания, а 7,8 % – резко выраженный синдром, ведущий к психосоматическим и психовегетативным нарушениям [7]. Исследования также свидетельствуют о том, что у медицинских работников, на фоне синдрома профессионального выгорания формируются психосоматические нарушения, отмечается повышенный уровень тревожных расстройств, депрессии и суицидальных попыток, а также злоупотребление алкоголем и наркотиками [2, 6].
Разные авторы приводят различные количественные данные об уровне выраженности и частоте встречаемости синдрома выгорания у представителей одной и той же профессиональной группы. Например, анализ зарубежных публикаций за 1993–2012 гг. по проблеме профессионального выгорания у среднего медицинского персонала [4] выявил выраженные разногласия по вопросу о распространенности феномена профессионального выгорания: у разных исследователей процент медсестер, подтверждающих наличие у них признаков данного синдрома, варьиовал от 10,7 до 50,0 %, ввиду чего авторы анализа сделали вывод о ведущей роли условий деятельности (организационных детерминант), на фоне менее выраженного личностного вклада [4].

Концептуализация проблемы
В современных исследованиях профессионального выгорания отчетливо доминирует феноменологический или симптомо-центрический подход. Это означает, что данный феномен определяется и объясняется посредством составления списка его основных проявлений или симптомов. Выявленные признаки объединяются в гомогенные группы – в соответствие с этим различают одно-, двух- трех- и более факторные теории, акцентирующие внимание соответственно на одном, двух, трех или более компонентах выгорания.
На конференции в Сан-Франциско (Professionalburnout: Recent development sin the theory and research, 1993 г.) было принято решение о принятии в качестве ведущей 3-компонентной модели К. Маслач и С. Джексона, включающую в свою структуру три группы признаков: эмоциональное истощение, деперсонализацию (цинизм) и редукцию личных достижений [15]. При этом, под эмоциональным истощением понимается чувство эмоциональной опустошенности и усталости, вызванное собственной работой. Деперсонализация предполагает циничное отношение к деятельности и объектам своего труда, уход от работы и эмоциональных контактов. Редукция профессиональных достижений связана со снижением ощущения компетентности и продуктивности работы.
Международная классификация болезней десятого пересмотра (МКБ-10) содержит рубрику, позволяющую идентифицировать феномен выгорания в рамках синдрома усталости: Z73 «Проблемы, связанные с трудностями поддержания нормального образа жизни», код: Z73.0 – диагноз «переутомление (состояние истощения жизненных сил) [8] .
Наряду с выделением ключевых симптомов выгорания предпринимаются попытки концептуализации проблемы. В качестве исходной точки изучения негативных профессиональных феноменов рассматривается понятие стресса, предложенного Г. Селье в рамках концепции адаптационного синдрома [13]. Большинство существующих исследований, так или иначе, разделяют данный взгляд, связывая феномен выгорания с профессиональным стрессом или дезадаптацией к условиям деятельности. Признается, что негативный стресс (дистресс), вызывающий истощение и дезорганизацию личности, относится к ведущим факторам профессиональных рисков [2, 3]. Данная концепция широко распространена, однако она игнорирует ряд важных моментов, например тот факт, что в рамках одной и той же деятельности, при одних и тех же стрессорах и организационных условиях специалисты демонстрируют различные уровни адаптированности, успешности, и эмоционального благополучия.
Другой проблемой исследований, выполненных на основе теории стресса, оказывается невозможность выйти за рамки внешних факторов и выявить все возможные психологические механизмы выгорания. Стандартно изучаются три характеристики, сопряженные со стрессом: индивидуальные копинг-стратегии (способы совладания со стрессом), индивидуальные копинг-ресурсы (психологические особенности, способствующие преодолению стресса) и уровень психической адаптации. Современные психологические исследования, сфокусированы на данных параметрах, которые сами по себе носят констатирующий характер, обладают низкой объяснительной силой и невысоким коррекционным потенциалом.
Ряд авторов, рассматривают выгорание преимущественно с эмоциональной точки зрения, используя для его обозначения более конкретное понятие «синдром эмоционального выгорания» (СЭВ). Так, например, зарубежные исследователи C. Cherniss [14] и отечественные исследователь В.В. Бойко [1], характеризуют СЭВ, как негативный процесс, развивающийся на фоне хронического стресса и ведущий к истощению эмоционально-энергетических ресурсов работающего человека. Данный подход отличается большей терминологической точностью и психологической содержательностью, что позволяет разрешить многие противоречия.
Одним, из перспективных направлений в области исследования профессионального выгорания, на наш взгляд, является психодинамический подход, рассматривающий данный феномен в контексте бессознательной мотивации, неконструктивных паттернов взаимодействия и малопродуктивных психологических защит специалиста. По мнению ряда авторов, профессиональному выгоранию психолога способствует, прежде всего, непродуктивная мотивация, детерминирующая нарушения в системе профессиональных отношений и эмоциональное истощение. Так, например, в число «истощающих» мотивов деятельности психолога входят: мотив спасателя (навязчивое стремление помогать людям в ущерб собственным интересам и брать на себя ответственность за их проблемы); стремление к доминированию и власти; потребность к сверхконтролю; нарциссическое стремление получать одобрение от клиентов/пациентов и «быть хорошим для всех»; агрессия и вытесненная враждебность к людям [5, 6].
Другим негативным фактором бессознательной динамики может выступать действие незрелых психологических защит специалиста в форме: отрицания своих проблем, проекции собственных переживаний на клиентов, ощущения всемогущества, обесценивания своей работы, агрессивной разрядки и прочего [5, 6, 7].
Одним из наиболее интересных подходов, признающих доминанту эмоционального фактора в системе выгорания, является концепция контрпереноса. В психоанализе «контрперенос» (контртрансфер) определяется как совокупность неосознаваемых эмоциональных реакций специалиста на перенос, воздействие и личность клиента (пациента). Неумение вовремя отрефлексировать и эмоционально выразить такие реакции, создает риск перенапряжения, ведущего в конечном итоге к симптоматике «синдрома эмоционального выгорания» [5].

Концепция отношений как теоретико-методологическая основа
исследования эмоционального выгорания в профессиональной деятельности

Проведенный анализ литературных данных позволил выделить ряд актуальных научных проблем, связанных с темой профессионального выгорания. Термин «профессиональное выгорание», в целом является не слишком удачным, поскольку изначально фокусирует внимание на профессиональных условиях как ведущем факторе выгорания, не отражая психологической сути феномена. Этим обстоятельством может объясняться существующая терминологическая путаница и многообразие концептуальных моделей. В результате, термин используется в самых различных значениях. Это в свою очередь, приводит к чрезвычайно широкому разбросу данных о степени распространения выгорания в одной и той же профессиональной группе.
Разделение теорий профессионального выгорания на однофакторные, двухфакторные и многофакторные также не может быть признано правомерным, поскольку ни одно психологическое явление не может быть вызвано только одним или двумя причинами, как правило, психологические феномены полидетерминированы.
Отсутствие единого понятийного аппарата и неразработанность теоретико-методологической базы затрудняют диагностику конкретных случаев и приводят к противоречивым исследовательским результатам. Обзор зарубежных и отечественных публикаций убедительно свидетельствует о необходимости конкретизации и концептуализации понятия профессионального выгорания.
На наш взгляд, для феноменов, обозначаемых как «профессиональное выгорание», более обосновано использование понятия «эмоциональное выгорание в профессиональной деятельности» (далее мы будем применять данные термины как синонимы). В качестве наиболее адекватной концептуальной основы для изучения профессионального выгорания мы рассматриваем теорию отношений В.Н. Мясищева, согласно которой ведущее значение в жизнедеятельности личности имеет система ее отношений (избирательных эмоционально-ценностных связей) - отношений к себе, к деятельности, к другим людям, к миру [9].
Применение концепции отношений к феномену выгорания позволило нам конкретизировать ряд теоретических положений. В контексте данной парадигмы профессиональное выгорание представляет собой нарушения в системе отношений личности в процессе профессиональной деятельности. Феномен профессионального выгорания, прежде всего, распространяется на представителей коммуникативно-помогающих профессий: социальных работников, врачей, педагогов, психологов и других специалистов, чья деятельность предполагает интенсивное эмоционально-личностное взаимодействие.
В феноменологии выгорания следует четко дифференцировать и одновременно рассматривать четыре группы явлений: 1) детерминирующие факторы; 2) диагностические признаки; 3) психологические механизмы; 4) негативные последствия.

Синдром профессионального выгорания формируется в результате конвергенции трех основных детерминант: 1) объективные условия (хроническое действие профессиональных стрессоров); 2) интерактивная или эмоционально-негативная профессиональная коммуникация; 3) индивидуально-психологические предикторы (индивидуально-психологические особенности, способствующие формированию выгорания). Личностными факторами риска выступают: непродуктивная профессиональная мотивация; нарушенные объектные отношения (субъективные репрезентации значимых фигур и паттерны отношений с ними); деструктивный стиль межличностных отношений; эмоциональные нарушения (высокий уровень тревоги, агрессии или депрессии).
Профессиональное выгорание проявляется как синдром мотивационно-эмоциональных нарушений и включает следующие группы признаков: 1) непродуктивная профессиональная мотивация и демотивация (нарастающее негативное отношение к работе), 2) нарушенная коммуникация (дистанцирование, негативное или неадекватное отношение к клиентам/пациентам, коллегам); 3) профессиональная неуспешность (снижение продуктивности работы); 4) нарушения самооценки (по типу снижения или завышения; 5) эмоциональные нарушения (повышение уровня тревоги, депрессии, агрессии).
Ведущими психологическими механизмами выгорания выступают: психическое заражение, идентификация (уподобление), малопродуктивные психологические защиты (проекция, отрицание, изоляция, обесценивание), индукция негативных аффектов (тревога, страх, депрессия, агрессия), деструкция и аутодеструкция (нарастание внешне агрессивных и саморазрушительных импульсов).
В качестве наиболее распространенных негативных последствий выгорания выступают: признаки физического переутомления; вегетативные, психосоматические и соматические заболевания (включая ощущение хронической усталости, нарушения сна, головные боли, заболевания ЖКТ и прочее); неврозы; аутодеструктивное зависимое поведение (пищевые нарушения, химические аддикции, нехимические зависимости); деструктивно-девиантное поведение (агрессия, конфликты, насилие). Данные проявления не могут считаться непосредственными симптомами выгорания, поскольку являются неспецифическими для данного феномена и присутствуют в ряде других расстройств.
В результате длительного действия неблагоприятных факторов наблюдается следующая негативная динамика: дисбаланс в системе профессиональных отношений – формирование отдельных компонентов выгорания - сформированный синдром мотивационно-эмоционального выгорания – негативные последствия выгорания - деформация личности (устойчивые изменения личности, формирующиеся под влиянием профессиональной деятельности и распространяющиеся за ее пределы).

Материалы и методы эмпирического исследования
В целях конкретизации выдвинутых положений нами было проведено пилотажное исследование, включающее: психодиагностическое обследование и стандартизированное интервьюирование врачей и психологов (80 человек).
В исследовании приняли участие врачи общей практики и психологи, в количестве 80 человек, повышающие квалификацию в учреждениях медицинского и психологического профиля Санкт-Петербурга. По профессиональному критерию выборка была разделена на 2 группы. Первую группу составили врачи клиницисты (n = 40), чья деятельность предполагает непосредственный коммуникативный контакт с пациентом: физиотерапевты (32человека); мануальные терапевты (5 человек); стоматологи (3 человека). Из них: мужчин – 19, женщин – 21; средний возраст 38 ± 1,4 лет; средний стаж работы 8 ± 1,3 лет. Во вторую группу вошли клинические психологи (n = 40), также осуществляющие свою деятельность в форме непосредственного контакта с пациентами. Половой состав: мужчин – 11, женщин – 29; средний возраст 34 ± 1,2 лет, средний стаж работы 7 ± 1,01 лет.
Мы исходили из факта, что деятельность психологов и врачей схожа по объективным условиям, имеет общие профессиональные стрессоры. Более того, ряд обследуемых специалистов работали в одном и том же медицинском учреждении. Также нет оснований полагать, что психологи как профессиональная группа имеют более серьезные личностные нарушения, чем врачи. Все респонденты имеют высшее образование. Одновременно с этим, выборки сопоставимы по возрасту, полу и стажу деятельности. Главным условием исследования было свести к минимуму влияние организационных, возрастных, половых и стажевых различий. В основе исследования лежало предположение о более высоком риске эмоционального выгорания у психологов в сравнении с врачами вследствие специфики деятельности, а именно – в силу более сложного и напряженного характера профессионального взаимодействия.
На первом (психодиагностическом) этапе для оценки признаков выгорания применялась методика В. Бойко, которая на наш взгляд, в большей степени, чем другие опросники, фокусируется на эмоциональных и динамических характеристиках выгорания. В методике выделяются три фазы (синдрома) выгорания и соответствующие им признаки. I фаза «Напряжение» (Н): 1) переживание психотравмирующих обстоятельств (Н-1); 2) неудовлетворенность собой (Н-2); 3) «загнанность в клетку» (Н-3); 4) тревога и депрессия (Н-4). II фаза «Резистенция» (Р): 1) неадекватное избирательное эмоциональное реагирование (Р-1); 2) эмоционально-нравственная дезориентация (Р-2); 3) расширение сферы экономии эмоций (Р-3); 4) редукция профессиональных обязанностей (Р-4). III фаза «Истощение» (И): 1) эмоциональный дефицит (И-1); 2) эмоциональная отстраненность (И-2); 3) личностная отстраненность (деперсонализация) (И-3); 4) психосоматические и психо-вегетативные нарушения (И-4).
Показатель выраженности каждого симптома колеблется в пределах от 0 до 30 баллов: 9 баллов и менее – «не сложившийся» симптом; 10-15 баллов – «складывающийся симптом», 16 более и – «сложившийся»; симптомы с показателями 20 баллов и более относятся к «доминирующим» в фазе или во всей симптоматике нервно-психического напряжения. Суммарная оценка показателей по каждой фазе может варьироваться от 0 до 120 баллов: 36 баллов и менее – фаза не сформировалась; 37-60 баллов – фаза в стадии формирования; 61 баллов и более – сформировавшаяся фаза синдрома эмоционального выгорания.
Статистическая обработка проводилась с помощью компьютерной программы Statistica 7.0. Результаты исследования проверены на нормальность распределения. Сравнительный анализ средних показателей симптомов выгорания проводился с использованием t-критерия Стьюдента, а сравнение сформированных групп симптомов -при помощи критерия Фишера (?).
На втором этапе исследования респонденты участвовали в стандартизированном интервью, в ходе которого врачам и психологам задавались стандартные вопросы в заданной последовательности. Интервью занимало от 20 до 40 минут и включало 10 вопросов, касающихся профессионального выгорания. Примеры вопросов: «Наблюдаете ли вы у себя признаки профессионального выгорания? Когда это началось? В чем это проявляется? Наблюдаете ли вы синдром выгорания у ваших коллег? В чем это проявляется? Что могли бы вы посоветовать коллегам для предотвращения и преодоления профессионального выгорания?» и другие. Полученные в ходе интервью данные подвергались содержательному анализу.

Результаты и их обсуждение
Количественные и качественные показатели симптоматики эмоционального выгорания по опроснику В. Бойко представлены в Таблице1.
Таблицы 1,2.
(см.Приложение)

Представленные данные средних оценок свидетельствуют о том, что у врачей синдром эмоционального выгорания не оформлен по всем трем фазам. Фаза «Напряжение» не сформировалась. На стадии формирования находятся симптом «переживание психотравмирующих обстоятельств» (H-1). Доля сформированности этой фазы у врачей составляет 15%, а доминирующую часть из сформированных симптомов на данной фазе занимает симптом Н-1 (27,5%).
Фаза «Резистенция» у врачей находится на стадии формирования. В ней на стадии формирования находятся симптомы: «неадекватное избирательное эмоциональное реагирование» (Р-1) и «редукция профессиональных обязанностей» (Р-4). Общая доля сформированности этой фазы у врачей составляет 17,5 % , где ведущие места занимают симптомы «неадекватное избирательное эмоциональное реагирование» (Р-1)- (22,5%) и «личностная отстраненность» (Р-3) (22,5%). Фаза «Резистенция» доминирует в структуре выгорания врачей.
Фаза «Истощение» у врачей также не сформировалась. В ней большинство симптомов не выражено. Симптом «психосоматические и психовегетативные нарушения» (И-4) у врачей находится на стадии формирования. Общая доля сформированности этой фазы у врачей составляет 2,5%, а среди сформировавшихся симптомов больший вес занимает указанный выше симптом И-4.
Таким образом, результаты обследования свидетельствуют о несформированности в группе врачей большинства признаков эмоционального выгорания, активном действии психологических защит в форме тенденции отрицания негативных эмоций и соматизации напряжения.
У психологов проявляется более неблагоприятная картина. Фаза «Напряжение» находится на стадии формирования, что свидетельствует о нарастающем эмоциональном напряжении. Сформированность этой фазы у психологов составляет 40%, и в ней больше представлен симптом «загнанность в клетку» (Р-3) - (60%). Фаза напряжения доминирует в структуре синдрома выгорания у психологов.
Фаза «Резистенция» у психологов также находится на стадии формирования. Причем симптом «неадекватное избирательное эмоциональное реагирование» (Р-1) уже сложился, в то время как остальные симптомы данной фазы находятся на стадии формирования. Удельный вес сложившейся фазы у психологов составляет 20%, где среди сложившихся симптомов доминирует тот же симптом Р-1 (47,5%). Анализ симптомов фазы «Резистенция» позволяет говорить о нарушениях самооценки и застревании на негативных переживаниях.
Фаза «Истощение» также находится на стадии формирования со всем своим симптоматическим рядом. Доля сложившейся фазы у психологов составляет 22,5%, где в ней из сложившихся симптомов большую долю составляет симптом «эмоциональный дефицит» (И-1) - (42,5%).
При сравнении средних показателей симптоматики СЭВ между 2-мя группами специалистов при помощи критерия Стьюдента выявлены значимые различия по состоянию всех фаз: «Напряжение» (р=0,000), «Резистенция» (р=0,007), «Истощение» (р=0,004). Самочувствие психологов хуже, чем у врачей. В фазе «Напряжение» у психологов, по сравнению с врачами, достоверно более выражены симптомы (при р?0,01): «неудовлетворенность собой » (Н-2); «загнанность в клетку » (Н-3); «тревога и депрессия » (Р-4). В фазе «Резистенция» у психологов достоверно более высокие значения имеют симптомы (при р?0,05): «эмоционально-нравственная дезориентация » (Р-2) и «редукция профессиональных достижений» (Р-4). В фазе «Истощение» психологи более, чем врачи, переживают «эмоциональный дефицит » (И-1), «эмоциональную отстраненность » (И-2), «деперсонализацию » (И-3) (все показатели при р?0,01).
Таким образом, качественно-количественный анализ результатов психодиагностического обследования свидетельствует о том, что в группе психологов выявлены признаки нарастающего эмоционального напряжения и более высокий риск выгорания в сравнение с врачами. Поскольку психометрические методы констатируют только формальные различия без объяснения сути явления, для анализа содержательной стороны синдрома выгорания использовалось стандартизованное интервью.
На вопрос «Наблюдаете ли вы у себя признаки профессионального выгорания?» - все респонденты единодушно ответили, что выгорание у них отсутствует. В то же время 2 врача и 10 психологов признали, что «наблюдают иногда в небольшой степени отдельные признаки выгорания». В качестве отдельных признаков выгорания респонденты назвали: нежелание идти на работу; желание уменьшить контакты с клиентами/пациентами и коллегами; ощущение бесполезности и бессмысленности своих усилий; физическую усталость, зацикленность на каком-то переживании/мысли; сужение личных интересов и круга общения. Среди возможных причин синдрома выгорания были перечислены: чрезмерные нагрузки; формализм руководства; чрезмерные требования администрации и пациентов; ограниченные ресурсы; низкий уровень оплаты труда; трудные клиенты; конфликты и напряженные отношения в коллективе; семейные проблемы. В группе психологов были также названы такие факторы, как: вовлечение в негативные переживания пациентов; чрезмерное желание помочь клиентам; неадекватные представления администрации и пациентов о деятельности психолога; нарушение границ со стороны пациентов.
Одновременно с тем, что респонденты отрицают выгорание у себя, они активно признают его проявление у своих коллег. На вопрос: «Наблюдаете ли вы синдром выгорания у ваших коллег?» 12 врачей и 32 психолога ответили утвердительно. По мнению данных респондентов, у их коллег проявляются следующие признаки выгорания: усиление конфликтности и агрессивности; непереносимость критики; отчуждение и замыкание в себе; равнодушие к работе и холодность к пациентам; манипулятивное или циничное обращение с пациентами; работоголизм (чрезмерная вовлеченность в работу); неадекватные поведенческие реакции; депрессивность или гипомания; сужение сферы личных и профессиональных интересов; злоупотребление табаком и алкоголем.
Полученные в ходе интервью данные свидетельствуют о наличие признаков выгорания у врачей и психологов на фоне их самоотрицания. Опрос показал, что в структуре профессионального выгорания психологов преобладают коммуникативно-эмоциональные нарушения, деструкции и аутодеструкции.
Для предотвращения и преодоления синдрома выгорания врачи и психологи предлагают использовать следующие меры: сокращение времени работы; организация активного досуга; расширение круга общения вне работы; профессиональное обучение и профессиональный рост; личная психотерапия специалиста; супервизии и дебрифинг (групповое обсуждение профессиональных проблем)».

Заключение
Анализ существующих литературных данных позволяет говорить об отсутствии понятийной согласованности и многообразии концептуальных подходов к изучению феномена профессионального выгорания.
Концепция отношений выступает адекватной теоретико-методологической базой для изучения феномена выгорания. Профессиональное выгорание целесообразно рассматривать как комплекс мотивационно-эмоциональных нарушений, формирующихся в ходе чрезмерно-интенсивного профессионального взаимодействия.
В феноменологии выгорания следует четко дифференцировать и одновременно рассматривать четыре группы явлений: 1) детерминирующие факторы; 2) диагностические признаки; 3) психологические механизмы; 4) негативные последствия.
Проведено исследование, в ходе которого выявлен больший риск профессионального выгорания у психологов в сравнении с врачами. Данная особенность связана с более напряженным и эмоционально-негативным общением психолога с клиентами, менее определенными профессиональными отношениями психолога.
В качестве перспективных исследований профессионального выгорания целесообразно рассматривать систему профессионально-личностных отношений специалиста: профессиональную мотивацию, стиль межличностного взаимодействия, отношения с коллегами и профессиональную поддержку, профожидания, самоотношение.

Литература
1. Бойко В.В. Синдром «эмоционального выгорания» в профессиональном общении. /В.В. Бойко. – СПб.: Питер, 1999. – 105 с.
2. Березовская Л.Г. К вопросу о критериях риска развития «синдрома эмоционального выгорания» / Л.Г.Березовская, В.Ю. Слабинский, С.А. Подсадный //Проблемы исследования синдрома «выгорания» и пути его коррекции у специалистов «помогающих» профессий (в медицинской, психологической и педагогической практике / под ред. В.В. Лукьянова, С А. Подсадного–Курск : КГУ, 2007. – С.17-19.
3. Водопьянова Н.Е. Синдром выгорания: диагностика и профилактика /Н.Е. Водопьянова, Е.С. Старченкова. – СПб.: Питер, 2008 – 336 с.
4. Евдокимов В.И. Профессиональное выгорание у среднего медицинского персонала по данным зарубежных публикаций (1993–2012 гг.)/ В.И. Евдокимов, Н.А. Мухина, А.А. Натарова // Вестник психотерапии. – 2013. – № 47 (52). – С. 47–70.
5. Змановская Е.В. Проблема профессионального выгорания в работе с девиантным поведением: структурно-динамический подход /Е.В. Змановская // Вестник психотерапии. ? 2005. – № 14 (19). – С. 43?58.
6. Змановская Е.В. Профилактика профессионального выгорания и профессиональной деформации сотрудников органов внутренних дел / Е.В. Змановская, В.Ю. Рыбников. Девиантное поведение личности и группы: Учебное пособие. – СПб: Питер, 2011. – С . 221-242.
7. Маргошина И.Ю. Профессиональная идентичность, механизмы саморегуляции и синдром профессионального выгорания у психологов и врачей / И.Ю. Маргошина // Ученые записки Санкт-Петербургского государственного института психологии и социальной работы. –-2009. –№2 (12). – С. 74.
8. Международная статистическая классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем: МКБ-10 : в 4 кн. – М. : Медицина, 2003. – 243 с.
9. Мясищев В.Н. Психология отношений. – М.: Институт практической психологии, 1995. – 356 с.
10. Рукавишников А.А. Определение психического выгорания / Н.П. Фетискин, В.В. Козлов, Г.М. Мануйлов. Социально-психологическая диагностика развития личности и малых групп. – М.: Изд-во Института психотерапии, 2002. – C.357-360.
11. Орел В.Е. Синдром психического «выгорания» личности / В.Е. Орел – М.: Изд-во Ин-та психологии РАН, 2005. – 330 с.
12. Самоукина Н.В. Синдром профессионального выгорания [Электронный документ]/ Н.В. Самоукина // URL: http://www.7ya.ru/pub/article.aspx?id=4143 (21.11.14)
13. Селье Г. Стресс без дистресса / Г.Селье. – М.: Прогресс, 1982. – 128 с.
14. Cherniss C. Long-term consequences of burnout: An exploratory stady / С. Cherniss // J. of Organizational Behavior. – 1992. – V. 13(1). – P. 1–11.
15. Maslach C. The measurement of experienced burnout /C. Maslach C., S.E. Jachson //Journal of Occupational Behaviour. – 1981. – V2. – P.99-113.
16. Feudenberger H. J. Staff burn-out / H. J. Freudenberger // Journal of Social Issues. – 1974. – V. 30. – P. 159-165.
Literature (Russian edition)
1. Boyko VV. Syndrome of "emotional burnout" in professional dialogue. /V.V. Boyko. - SPb .: Peter, 1999. - 105 p.
2. Berezovska LG. On the question of risk criteria of "burnout" /L.G.Berezovskaya, VY Slabinsky, SA Decoy // Problems of research syndrome "burnout" and the ways of its correction specialists "helping" professions (medical, psychological and pedagogical practice / ed. V. Lukyanov, A. On the decoy-Kursk: KSU, 2007. - With .17-19
3. Vodopiyanov NE Burnout syndrome: diagnosis and prevention /N.E.Vodopyanova, E.S.Starchenkova. - SPb .: Peter, 2008- 336s.
4. Evdokimov VI Professional burnout among nursing staff according to foreign publications (1993-2012 gg.) / VI Evdokimov, NA Mukhina, AA Natarova // Bulletin of psychotherapy. - 2013. - № 47 (52). - S. 47-70.
5. Zmanovskaya EV The problem of professional burnout in working with deviant behavior: structural and dynamic approach /E.V. Zmanovskaya // Bulletin of psychotherapy. 2005. - №- 14 (19). - S. 58.-43
6. Zmanovskaya EV Prevention of professional burnout and professional deformation of the police officers / Zmanovskaya EV, Rybnikov VY Deviant behavior of individuals and groups: Textbook. - St. Petersburg: Peter, 2011. - With. 221-242.
7. Margoshina IY Professional identity, self-regulation mechanisms and professional burnout syndrome among psychologists and doctors / IY Margoshina // Scientific notes of the St. Petersburg State Institute of Psychology and Social Work. --2009. -№2 (12). - P. 74
8. The International Statistical Classification of Diseases and Related Health: ICD-10: 4 kN. - Moscow: Medicine, 2003 - 2432 with
9. Myasischev VN Psychology of relationships. - M .: Institute of Applied Psychology, 1995. - 356 p.
10. The definition of mental burnout (A.A.Rukavishnikov) / Fetiskin NP, Kozlov VV, Manuilov GM Socio-psychological diagnosis of personality development and small groups. - M .: Publishing House of the Institute of Psychotherapy, 2002. C.357-360.
11. Eagle VE Syndrome of mental "burnout" personality / V.E.Orel - M .: Publishing House of the Institute of Psychology RAS, 2005. - 330 p.
12. Samoukina NV professional burnout syndrome [electronic document] / NV Samoukina // URL: http://www.7ya.ru/pub/article.aspx?id=4143 (21.11.14)
13. Selye H. Stress without Distress / G.Sele.-. M .: Progress, 1982. - 128 p.
РЕФЕРАТ
Змановская Е.В., Маргошина И.Ю. Концепция отношений как теоретико-методологическая основа изучения эмоционального выгорания.
На основе литературных данных сформулированы актуальные проблемы исследований профессионального выгорания. Дана характеристика различных подходов в изучении профессионального выгорания. Обоснована концепция отношений как теоретико-методологическая основа изучения феномена выгорания.
Представлен сравнительный анализ специфики проявления синдрома эмоционального выгорания с использованием методики В. Бойко. Выявлено, что психологи больше, чем врачи подвержены риску формирования синдрома эмоционального выгорания. В ходе интервью выявлено, что деятельность психологов характеризуется более выраженными проявлениями выгорания вследствие более интенсивного взаимодействия и чрезмерной эмоциональной вовлеченности в проблемы клиентов.
Ключевые слова: профессиональное выгорание, синдром эмоционального выгорания, концепция отношений, социономические профессии, чрезмерная эмоциональная вовлеченность, мотивационно-эмоциональные нарушения.
SUMMARY
Zmanovskaya E.V., Margoshina I.Y. The Concept relations as a theoretical-methodological basis of the study of emotional burnout.
Based on the literature data formulated topical issues research professional burnout. Characteristics of various approaches in the study of burnout. Conception of relations as a theoretical-methodological basis of the study of the phenomenon of burnout.
Presents a comparative analysis of the specific manifestations of the emotional burnout syndrome using method C. Boyko. It is revealed that psychologists more than physicians at risk of formation of emotional burnout syndrome. The interviews revealed that the activities of psychologists is characterized by more pronounced manifestations of burnout due to more intensive interaction and excessive emotional involvement in customer issues.
Keywords: professional burnout, a syndrome of emotional burnout, concept relations, soziologicheskie profession, excessive emotional involvement, motivational and emotional disturbances, destruction and autodestructive.

Сведения об авторах:
Змановская Елена Валерьевна. Всероссийский центр экстренной и радиационной медицины им. А.М. Никифорова МЧС России; старший научный сотрудник отдела психологических исследований ВЦЭРМ, доктор психол. наук, профессор; 194044, г. Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, д. 4/2. e-mail: evz-spb@mail.ru
Zmanovskaya Elena. All-Russian Center of Emergency and Radiation Medicine of A. Nikiforov of Russian Emergency Situations Ministry. Senior Researcher of psychological research, Doctor of Psychology, professor. 194044, Saint Petersburg, Academic Lebedev street 4/2, e-mail: evz-spb@mail.ru

Маргошина Инна Юрьевна. Санкт-Петербургское государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский Государственный институт психологии и социальной работы»; кандидат психол. наук, доцент кафедры консультативной психологии, психологии здоровья и развития Санкт-Петербургского государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский Государственный институт психологии и социальной работы»; 199178, г. Санкт-Петербург, 12 линия В.О., дом 13 лит. А; e-mail:inna_che@rambler.ru
Margoshina Inna St. Petersburg State Autonomous Educational Institution of Higher Professional Education "Saint-Petersburg State Institute of Psychology and Social Work", PhD in Psychology, assistant professor of counseling psychology, health psychology and development of St. Petersburg State Autonomous Educational Institution of Higher Professional Education "Saint-Petersburg State Institute of Psychology and Social Work",199178, Saint Petersburg, 12 line of Vasilievsky Ostrov, 13,let A, e-mail:inna_che@rambler.ru